ШК научила практически всему
В Школу космонавтики Никита Симонов в своё время приехал из Ачинска. Об интернате для одарённых детей он узнал ещё в первом классе от старшего товарища, который на тот момент его уже окончил. Знакомый рассказывал о больших возможностях школьного кружка робототехники, светлых перспективах после выпуска и целевого обучения в целом.
Так, ещё в возрасте семи лет Никита безапелляционно заявил маме, что отправляется в Железногорск собирать спутники. Конечно, до этого было ещё далеко. Однако Никита целенаправленно шёл к своей мечте: сперва сменил обычную школу на математическую, а затем окончил в ШК седьмой класс дистанционно.
– По счастливой случайности я попал в первый экспериментальный набор восьмиклассников, – вспоминает наш выпускник. – И в 2016 году пополнил ряды странной рекреации четырёх физико-математических классов, на которых «обкатывались» другие классические профили и в целом просматривалась адаптивность подростков к специфичным условиям интерната. Хотя, если честно, то факт из моей биографии «съехал от родителей в 14 лет» до сих пор звучит сюрреалистично.
Собственно, с первого контакта с таким явлением, как ШК, я знал, что это шанс выбраться из стандартных общеобразовательных школ, где приходится делить помещение с детьми, не особо стремящимися сворачивать горы и зарабатывать нестыдный послужной список. Шанс воспользоваться трамплином передовых достижений педагогики и атмосферы достижения порой невозможных высот. И в этом я не ошибся.
– Отлично помню, как в год нашего поступления девятиклассники дружно выдохнули, поскольку статус «молодых и зелёных» с них сняли. А мы, «восьмёрики», сперва грызли общий ФМ профиль, но ближе к весне разошлись по интересующим направлениям. Девятый класс я практически весь прошёл «физматом», но под конец года получил предложение от Юрия Валериевича Прокофьева (биология) и перешёл на «биохим», где учился до выпуска из школы. Из-за такого крутого поворота я оказался единственным выпускником биолого-химического класса с приглашением на целевое обучение по физико-математическому направлению (спасибо олимпиадам девятого класса и медленным базам школьников «Аэрокоса»).
Двузначное количество уроков, домашки-олимпиады и вечная трясучка за своё будущее отлично держат в тонусе курсанта ШК. Хотя это практически ничто по сравнению с договорами, дебатами и конфронтацией по ходу дела. Я не раз «сталкивался лбами» с воспитателями, преподавателями и даже администрацией школы. В лучшем случае это был питчинг очередной граничащей с невозможной идеи, под которую я нет-нет, да и пробовал прогнуть школьную систему. В ином случае приходилось зубами выгрызать возможность перейти в следующий класс, не быть отчисленным по малозависящим от успеваемости причинам или оказаться на доске почёта.
– Вся школа и изолированное комьюнити курсантов было отличным симулятором общества в миниатюре. Там я оттачивал мастерство отработки конфликтов и отстаивание своих интересов, правда, иногда лёд под широким шагом амбиций был тоньше покровного стекла.
Самым сложным в такой школе, как ни странно, оказалось количество возможностей. Я заранее знал о многогранности кружков по интересам, но и представить не мог, что можно год от года начинать совершенно новое дело вроде фаер-шоу, получать бесценный опыт, а потом нырнуть в освоение вокала или решение олимпиадных задач. Мало того, особо предприимчивые могли и сами воплощать идеи в жизнь и получать должное внимание — здесь я передаю привет монструозному и огромному танцевальному мюзиклу по «Величайшему шоумену», к которому приложил руку, и моим поэтическим вечерам в библиотеке.
Переступая порог ШК с самым статистически непопулярным хобби, ты мог найти как единомышленников, так и реализацию. Что уж говорить о количестве олимпиад, раз за разом дающих шанс обзавестись приятной аббревиатурой БВИ (без вступительных испытаний) или даже грантом на дальнейшую учёбу. Из всех встреченных курсантов как до, так и после выпуска ни разу не слышал, чтобы какая-то другая школа в Красноярском крае была более весомым «пространством возможностей». Есть у Школы космонавтики такой слоган, и с этим трудно не согласиться.
– Наверное, с наибольшим трудом мне давались предметы, по-честному предназначавшиеся для студентов, нежели школьников (по этой причине за здравие БХ профиля можно было свечки ставить). С другой стороны, это давало конкурентное преимущество перед одногруппниками, встречавшимися впервые в университете с концепциями, которые ты уже успел забыть со школьной скамьи. Особой лёгкости не ощущал, просто с какой-то домашкой приходилось посидеть, а с какой-то — посидеть и ночью. Адаптироваться помогало терпение преподавателей, но в крайних случаях в ход шёл обмен с одноклассниками по типу «с тебя объяснение ЦТК, с меня рубашка на твоё предстоящее свидание».
– За четыре года успел повзаимодействовать с подавляющей частью педагогического состава, и от каждого педагога старался брать не только знания, но и необычные взгляды на жизнь (таких и правда было немало). Выделю трёх самых, на мой взгляд, влиятельных преподавателей.
Ирина Юрьевна Артёмова. Так, как она преподавала английский — не преподавал никто. На её уроках единственным препятствием перед «невыполнимым» дословным пересказом крупного текста слово в слово была только лень курсантов. И лень эта уничтожалась под корень. А там, где упорный труд — там и исключительные результаты. Примерно половина знаний, позволивших мне регулярно работать с носителями языка, пришла именно от её уроков. А ещё Ирина Юрьевна, как мой первый классный руководитель, умела из любого сложного решения откинуть лишние эмоции и показать все плюсы и минусы. До сих пор вспоминаю её коронное: «Ну чего тут думать?», и дилеммы сразу становятся декомпозируемы и решаемы.
Наталья Владимировна Севергина. С ней мы изучали математику, и даже отчаявшиеся сдавать профиль на ЕГЭ знали предмет на должном уровне. А ещё на её уроках мы учились с юмором относиться к жизненным трудностям и быть пунктуальными (ибо опаздывать на геометрию грешно). С занятий Натальи Владимировны нельзя было уйти без веры в свои силы, что важно для каждого ученика в любое время.
Ольга Борисовна Чернова. Иронично, что на поле обычных уроков обществознания мы пересекались в лучшем случае пару раз во время замен. У Ольги Борисовны я учился выходить из патовых ситуаций, не теряться в мире взрослой бюрократии и тормозить юношеский максимализм там, где требуется. И это пригодилось на практике даже больше, чем логарифмы и Past Continuous.
– В целом, ШК научила практически всему, чем я сейчас пользуюсь в жизни. От налаживания полезных контактов до управления большим скоплением людей и приготовления гречки в микроволновке.
Показательнее всего были итоги восьмого класса, ведь пока мы адаптировались к семи урокам и РОЗам после обеда в субботу до вечера (это решение олимпиадных задач, кто помнит, тот ностальгически всплакнул), мои бывшие одноклассники освоили разве что вредные привычки и продажи услуг интернета по квартирам. Конечно, пару-тройку результативных звёздочек, которым не нужно было ехать учиться в другой город ради достигнутого, я знаю, но это скорее разовые истории по сравнению с выпуском талантов целыми классами, как это было и остаётся в ШК. Здорово, что мы по-прежнему продолжаем общаться с ШКовцами: лично (на встречах выпускников, к примеру) или в соцсетях. Это очень ценные связи!
– Вот в плане учебных достижений точно буду скромен, таковы факты. После школы я поступил в СФУ на биофак и достаточно быстро разочаровался в большой биологической науке. Просто не моё, хотя сама профессия остается престижным карьерным треком.
Помнится, классе в девятом я грезил о МГУ, но это было до трезвого взгляда на мои шансы туда поступить. Бакалавриат окончил вместе с военной кафедрой (дорогие XY-курсанты, при поступлении отдельно узнавайте о наличии «военки» в вузе, лишний год для армии вряд ли у кого завалялся), в магистратуру не пошёл за неимением причин продолжать этот путь. Тем не менее, диплом о высшем образовании получен, некоторые работодатели принципиально требуют его наличие, даже если это и «вышка» по самой бесполезной специальности в мире.
После атмосферы ШК попадаешь в стандартную среду студентов и получаешь пятикратный шанс заиметь депрессию от осознания того, что одногруппникам не так интересно двигаться, расти и достигать, как это было еще год назад в Железногорске на улице Красноярской. К этому нужно быть готовым, иначе руки опускаются очень быстро. Возможно, в столичных университетах дела обстоят иначе, но никогда нельзя сбрасывать со счетов поступление в тот вуз, куда баллов хватит, а не куда грезится.
– В Школе космонавтики был получен первый опыт организации культурно-массовых мероприятий — от музыки на дискотеке до сценария и ведения школьных концертов. При осознании инертности средней студенческой массы быстро влился в Молодёжный центр института, которому администрация любезно делегировала организацию почти всех внеучебных мероприятий.
Студенческое самоуправление с самостоятельно выстраиваемой структурой и ограниченными бюджето-ресурсами оказалось ещё одним испытательным полигоном для меня. Отличие от ШК было в масштабах и уровнях ответственности. Так, сам этого не осознавая, я оказался на пути проектного менеджмента. От работы руками перешёл на руководство отделом, а затем и всем МЦ целиком. И пусть моё верховодство пятьюдесятью исполнительными студентами продлилось относительно недолго, полученный опыт сформировал стартовую значимую строчку в моём резюме. Да, добровольную студенческую активность с оплатой в виде шанса (!) получить повышенную стипендию (если сессию без троек закроешь) можно вписать как опыт при поиске первой работы.
– Ах да, во время непосредственной учёбы пользовался всё тем же нетворкингом, освоенным в комнате школьного общежития 5-27. Порой даже непосредственно бывшие курсанты помогали по мере компетенций. Поэтому не додумайтесь со звуком последнего звонка поудаляться из чатов с одноклассниками. Пытливость ума и умение грамотно коммуницировать с преподавателями и доставать до сути проблем любым количеством вопросов также заимел в ШК.
Сейчас я работаю проектным менеджером. И это весело. Это как поймать взгляд всего класса на себе при упоминании скорого фитнес-батла, только с более скучной реализацией и бюджетами с несколькими нулями. У моей команды есть задача, и я организую работу нескольких отделов специалистов таким образом, чтобы по окончанию оговоренного срока был получен результат в полном объёме и красивый PowerPoint отчёта. Так что тренироваться ставить задачи и следить за их реализацией начал задолго до знакомства с названием такого рода деятельности.
И на этом моменте провожу жирную черту под фактом того, что учился руководить людьми параллельно с основной занятостью. Здесь я машу рукой всем курсантам с тысячей хобби, фонтанирующим СДВГ и страхом за то, что в погоне за несколькими зайцами останешься за бортом «нормальной» жизни. Если уж мальчик, за пару месяцев до ЕГЭ выбиравший биофак или театральный, нашёл себя ни в том, ни в другом, то и вы сможете.
Нынешним курсантам советую завести хорошую камеру и в любой удобный и неудобный момент снимать себя и с вами происходящее. Вы можете отмахиваться, но по утрам надевая галстук с эмблемой, вы начинаете новую серию захватывающего сериала, который запомните на всю оставшуюся жизнь (а школьными рассказами будете вызывать удивлённый свист у тех, кто о ШК знал только понаслышке). Пробуйте, чудите, ошибайтесь. Школа космонавтики даёт невообразимые точки роста и реализации, а неудачи почти ничего не стоят, кроме горько-полезного опыта. Особенно проникнуться происходящим советую выпускному году. Мы выпускались в отвратительный 2020-й, и самый пик наших планов на фееричный финал учебы с марта месяца схлопнулся в карантин, заставляющий белой завистью смотреть на красивые ажурные фартуки и хрустящие белоснежные рубашки в последних числах мая каждый год. Хоть вы не упускайте шансов из-за боязни и неуверенности. Другого такого опыта может уже и не быть. Спустя годы, встретившись с курсантами ШК на год старше или младше, вы тепло и душевно сможете поностальгировать о былом, если сейчас займётесь запечатлением моментов (реальный опыт, очень добрые встречи получаются).
Помимо лиричных отступлений, советую водрузить на алтарь пред-поступленческих исследований слово СТАЖИРОВКА (обязательно большими буквами). Сегодня большие компании бульдозерами снимают сливки себе в стажёры ещё с десятого класса, если не раньше. Кто знает, может успешно освоенный PythonTutor на уроках информатики через полгода конвертируется в бейджик Яндекса или Озона. Могу поделиться парой ТГ-каналов, профиль найдёте, но, конечно, более полезно нырнуть в поиск самостоятельно. Не пожалеете.
P/S: на фото — небольшой срез школы и жизни после. Тут и фитнес-батл, и «Величайший Шоумен», и «Выпускной 2020», и университет, и летняя практика биологов, и принятие присяги, и даже моё диджейское хобби.